Волк, третий декан Весов

13.10 — 23.10

Когда учителя из далекого прошлого размещали на небосводе волка, они, несомненно, подразумевали те его качества, которыми он славился и тогда, и по сей день. Волк — коварный и умный зверь, что вполне соответствует ментальному декану в знаке партнерства. Он агрессивен и жесток. Когда это дает преимущество, волки сбиваются в стаи, но без колебаний убивают и пожирают своих ослабевших или покалеченных партнеров, если те не могут защитить себя. Поэтому волк служит универсальным символом безжалостности. Обозначая часть небесного круга, где Солнце каждый год находится с 13 по 23 сентября, Волк расположен в зодиаке прямо напротив Овна, что подчеркивает их вражду. Овцы являются естественной добычей волка, и, выслеживая их, этот хищник прибегает к множеству хитрых уловок. В обозначаемое Волком время года светлая часть суток короче темной, и волки в основном совершают свои набеги под покровом ночи. Кошмар для пастухов, они, тем не менее, редко появляются при свете дня или совершают свои злодеяния открыто. Вместо этого волки прибегают к различным ухищрениям, на которые намекает отрывок из Библии (Матф.7:15):

«Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные».

Пожалуй, лучше и полнее всего смысл небесного Волка и связанного с ним учения объясняет популярная символическая история о Красной Шапочке.

Я уверен, вы помните с детских лет, что бабушка этой маленькой славной девочки была больна. Как и надлежит добропорядочной внучке, Красная Шапочка решила проведать старушку, захватив с собой пирожков, которыми она хотела порадовать свою больную родственницу.

Как героиня сказки Красная Шапочка, безусловно, представляет человеческую душу. А больная бабушка, жившая в доме у дороги по другую сторону леса, представляет тех людей в мире, которые страдают от различного рода недугов и слишком слабы и беспомощны, чтобы защитить себя. Их символизирует именно беззащитная женщина, потому что Луна является управителем женщин и Домашних Побуждений,<В системе Эзотерической Психологии Братства Света выделяется десять основных типов побуждений, связанных в гороскопе рождения с планетами:

1. Солнце, непосредственно затрагивающее все живое на Земле, излучает астральный свет таких частот, которые оказывают облагораживающее и животворное влияние. Это то же самое качество, которое в обычном свете выражается оранжевым цветом, в звуке – нотой «ре» и в человеческом мышлении – как Сила.

2. Луна, пересекающая энергетическое поле, генерируемое Солнцем, а также поле, генерируемое Землей, имеет такое строение, что излучаемые ею в пространство длины волн и частоты выражаются в пластичности и восприимчивости. Это же качество в спектре солнечного света выражается зеленым цветом, в звуке – нотой «фа» и в человеческом мышлении – привязанностью к Дому.

3. Планета Меркурий, действуя как трансформатор и передатчик энергии, излучает и затрагивает все острое, активное, изменчивое и умное. Это же качество выражается фиолетовым цветом, в звуке – нотой «си» и в человеческом мышлении – Разумностью.

4. Венера изменяет частоту вибрации солнечных энергий так, что ее влияние отличается привязанностью и смиренностью, и выражается таким чувством, как любовь. В световом спектре оно выражается желтым цветом, в звуке – нотой «ми», а в человеческом мышлении – Общительностью.

5. Излучаемые Солнцем энергии, после улавливания и трансформации их до другого уровня вибраций планетой Марс, оказывают влияние, характеризующееся активностью и воинственностью. Это же качество выражается красным цветом, в звуке – нотой «до», а в человеческом мышлении – Агрессивностью.

6. Юпитер, крупнейшая из всех планет, оказывает благотворное, бодрящее влияние. Это же качество в спектре солнечного света выражается синим цветом, в звуке – нотой «ля», а в человеческом мышлении – Религией.

7. Сатурн, планета с кольцами вокруг нее, трансформирует принимаемые ее энергии до таких длин волн и частот, что они оказывают влияние, отличающееся холодностью и вдумчивостью. Это же качество выражается голубым цветом, в звуке нотой «соль», а в человеческом мышлении – Безопасностью.

8. Уран выступает лишь более высокой октавой Меркурия и оказывает своеобразное разрушительное влияние. Это же качество выражается смешением всех цветов в ослепительный белый, в звуке – тонами выше физических, наподобие «астрального перезвона», который часто слышат экстрасенсы, а в человеческом мышлении – Индивидуальностью.

9. Нептун является высшей октавой Венеры и оказывает визионерское и идеалистическое влияние. Это качество выражается радужностью, в которой цвета сверкают, переливаются и переходят друг в друга. В звуке его тона также выше физических и сливаются в «музыку сфер». В человеческом мышлении это качество выражается как Утопизм.

10. Плутон выступает высшей октавой Луны и оказывает сильное, непреодолимое влияние. Импульсы любви к дому расширяются и охватывают более широкий диапазон. Это качество выражается ультрафиолетовым или инфракрасным светом, гармонией или диссонансом звуков, а в человеческом мышлении – Всеобщим Благополучием.> тех импульсов, которые подталкивают заботиться не только о доме и детях, но и о беспомощных пожилых и помогать тем, кто из-за постигшего их несчастья не в силах позаботиться о себе сам.

Дорога, по которой шла Красная Шапочка с корзинкой пирожков в руке, проходила через лес человеческих контактов, обрамляющих жизненный путь каждого человека. Ее добровольно выбранному делу придавали интерес и удовольствие красивые цветы, бабочки и птицы. Все это наполняло ее такой радостью, что она напевала простенькую веселую мелодию, вприпрыжку направляясь на выполнение своей миссии милосердия.

И тут из-за ствола огромного дерева неожиданно вышел волк. Красная Шапочка ужасно испугалась, но она понимала, что бежать бесполезно, так как волк легко догонит ее. Поэтому она сказала: «Доброе утро, господин Волк, какой прекрасный сегодня день!»

А Волк, хотя и был очень голоден, подумал: «Прежде, чем ее съесть, я узнаю, куда она направляется и что намерена делать, поскольку это мне, возможно, тоже пригодится».

Поэтому он ответил: «Доброе утро. А куда это ты так радостно спешишь, и что это у тебя там в красивой корзиночке?»

Он говорил так обходительно, как разговаривают люди, когда хотят завоевать доверие других, чтобы впоследствии обобрать их. Его речь совершенно обезоружила Красную Шапочку, и она подумала, что ошиблась в нем поначалу, заподозрив в дурных намерениях. И она рассказала Волку все о своей бабушке, о том, где она живет, и о пирожках, которые она несла ей.

После чего Волк, подобно всем людям-хищникам, решил не действовать поспешно, но разработать коварный план, который принесет ему всю возможную выгоду, пусть даже ценой утрат и горя для других.

Из рассказа Красной Шапочки он узнал, что старуха была больна и лежала в кровати абсолютно беспомощная. Съесть ее не составит труда, так как убивать и пожирать тех, кто настолько ослаб, что не может постоять за себя, в его стае было делом обычным. После этого он дождется девчонки, заберет себе пирожки и сожрет ее саму тоже. Таким образом он сможет славно набить свою утробу и досыта утолить жажду крови.

Итак, он улыбнулся Красной Шапочке, вежливо попрощался с ней и зашагал по дороге в противоположном направлении, чтобы у нее не возникло подозрений о его замыслах. Но как только она скрылась из виду, он опрометью окольным путем через лес выбежал на дорогу впереди нее и быстро поспешил к дому, где, как и предполагалось, его ждала добыча — больная старая женщина.

В этой истории волк не надевал овечьей шкуры в буквальном смысле, но все же сделал это в переносном: покончив с бабушкой и облизав свою окровавленную пасть, он напялил на себя ее одежду и забрался в кровать вздремнуть, сделав все возможное, чтобы выглядеть как можно более похожим на покойную старуху.

Когда Красная Шапочка подошла к дому бабушки, она легонько постучала в дверь. Стук пробудил Волка от послеобеденного сна; он, как мог, поправил белый чепчик на голове и сказал: «Войдите».

Войдя, в комнату Красная Шапочка сказала: «Бабушка, какой у тебя громкий голос!»

«Это чтобы громче тебя приглашать войти» — ответил Волк с постели.

Подходя к кровати, чтобы отдать лукошко с пирожками, маленькая девочка обратила внимание на то, как необычно выглядит ее бабушка, и снова сказала: «Бабушка, какие большие у тебя глаза!»

«Это чтобы лучше тебя видеть» — снова ответил Волк со своего места.

Затем ребенок заметил торчащие из-под белого ночного чепчика уши: «Бабушка, какие у тебя большие уши!»

«Это чтобы лучше тебя слышать» — ответил уже довольно сильно возбужденный Волк.

В своем возбуждении он шире обычного раскрыл свою пасть, демонстрируя всю ее кроваво-красную безжалостность, и теперь уже совсем обеспокоенная Красная Шапочка вскричала: «Бабушка, бабушка, какие огромные у тебя зубы!»

«Это чтобы легче тебя съесть» — закричал Волк, сбрасывая маскировку и спрыгивая с кровати.

Еще один прыжок, и он перегрыз бы горло охваченной ужасом девочке. Но мимо проходили лесорубы. Они услышали хриплый голос Волка, остановились послушать дальше и теперь уже вбегали в дом с топорами в руках.

Топор сразил Волка в его прыжке к белому горлу ребенка, и вскоре от него остались лишь мелкие кусочки.

Волки в человеческом обличье с жестокими и беспощадными хищническими интересами и ныне взывают к людям с трибун, со страниц газет и по радио голосом, истинную сущность которого они пытаются скрыть, прикрываясь маской заботы о всеобщем благополучии. Но подлинной их целью является подманить поближе тех, кто прислушивается к этому голосу, чтобы их легче было обобрать.

Их блестящие от алчности глаза быстро подмечают малейшую возможность поставить других в невыгодное положение.

Большими волчьими ушами они улавливают направленность общественных интересов и используют ее в собственных корыстных и антигуманных целях.

Их ненасытные пасти вооружены клыками войны, грабежа и разрушения. Их мучит жажда крови и не волнуют страдания потогонной системы работы, детского труда и вооруженных конфликтов.

Но со временем их всегда настигает топор лесоруба. Тех, кто живет обманом и хитростью, кто эксплуатирует своих собратьев, неизбежно ждет расплата.

Небесный Волк уже больше не взимает своей кровавой дани. Он больше не может скрывать свою порочность под плащом законной деятельности и социальной респектабельности. Его настиг не топор лесоруба, а удар копья Центавра. Его хвост и уши опущены, под ним подгибаются лапы, язык высунут, а пасть по каплям истекает кровью смерти. Его постигла обычная участь тех, кто живет за чужой счет.

Красная Шапочка избежала гибели, ибо она выполняла миссию милосердия. В свое внутреннее «Я» она привносила мысли о мире и радости, доброй воле и сострадании к другим. Укрепленную таким образом человеческую душу можно обманом лишить земных благ, но ничто не может погубить ее духовную жизнь или отнять ее духовные сокровища.

Не следует думать, что люди, родившиеся в период нахождения Солнца в декане Волка, в большей мере склонны к коварному использованию других в собственных интересах. Но когда родившиеся в это время люди действительно направляют свои энергии на подобный обман, им гораздо раньше приходится расплачиваться за все. Именно благодаря этому наблюдению данный декан получил свое ключевое слово — Искупление.

Но и помимо астрологических соображений можно утверждать, что всякий, кто развивает в себе беспощадное коварство и бессердечную жестокость Волка, со временем неизбежно навлечет на себя несчастье. Мыслеклетки его тонкого тела, привыкнув к жестокости и грабежу, рано или поздно получат достаточно стимуляции для того, чтобы столь же интенсивно работать на четырехмерном плане. И тогда они начнут привлекать аналогичные беды в жизнь того, кто их породил.

Тот, у кого в мыслях и желаниях нет места симпатии и вниманию к благополучию других, может иметь человеческие тело и разум, но душа у него будет волчья. И следующий текст должны усвоить все:

Человек не может причинить вред другому, не пострадав при этом сам, и не может помочь другому без того, чтобы это благотворно сказалось на нем самом.

Наш "Кибалион" уже в продаже!

Предыдущие посты по этой теме:

http://kostenko168.blogspot.com/2013/08/blog-post_15.html
http://kostenko168.blogspot.com/2013/08/blog-post_29.html
http://kostenko168.blogspot.com/2013/08/blog-post_21.html

"Озон" пока еще щелкает клювом, а в "Лабиринте" книга уже поступила в продажу:

Подчеркиваю еще раз, что это совершенно новый перевод, гораздо лучше старого, издания перестроечных времен. Для сомневающихся привожу одну главу целиком. Переводчица -- Нина Лебедева. Примечания, выделенные желтым, -- редакторские (мои).

Глава 12. Причинно-следственная связь

У каждой Причины есть Следствие, у каждого Следствия — Причина; все происходит согласно Закону, Случай — всего лишь нераспознанный Закон; есть множество уровней причинно-следственных связей, но ничто не избегнет Закона.

Как утверждает Шестой Герметический Принцип, Принцип Причины и Следствия, Вселенная движется Законом. Ничто не случается просто так. «Случай» — лишь условное обозначение причины, которую пока не успели принять или осознать. А все феномены существуют последовательно и непрерывно.

Принцип Причины и Следствия лежит в основе научного мышления, как древнего, так и современного. Герметическим учителям он известен с незапамятных времен. Хотя с тех пор не раз возникали споры между различными школами философской мысли, разногласия касались главным образом деталей, связанных с действием этого Принципа. А еще чаще обсуждали значение различных терминов. Сам же Принцип Причины и Следствия признавали правильным практически все мыслители, заслуживающие этого названия. Прийти к иному выводу означало бы изъять феномены Вселенной из сферы Закона и Порядка, передав их в управление чему-то воображаемому — тому, что люди называют Случаем.

Немного поразмыслив, мы поймем, что не существует такой вещи, как чистый Случай. Словарь Уэбстера определяет слово случай следующим образом: «Предполагаемый фактор или вид деятельности, отличный от силы, закона и цели; деятельность подобного фактора; предполагаемое воздействие подобного фактора; происшествие, случайность и т. д.». Однако любому вдумчивому человеку должно быть ясно, что не существует такого фактора, который выходил бы за рамки Закона — за рамки Причинно-Следственной Связи. Откуда в феноменальной Вселенной может зародиться и действовать нечто такое, что не зависело бы от ее законов и порядка, подразумевающего непрерывность? Подобная вещь была бы полностью суверенна от упорядоченности Вселенной, а значит, превосходила бы ее по своим свойствам. Невозможно, однако, помыслить ничего, кроме Абсолюта, что выходило бы за рамки Закона, — и то потому, что Абсолют и есть ЗАКОН. Во Вселенной нет места чемуто внешнему и независимому по отношению к Закону. Существование чего-то подобного свело бы на нет все Естественные Законы, погрузив Вселенную в хаос и беспорядок.

При детальном исследовании становится понятно: то, что в нашем представлении является «случаем», в действительности скрывает под собой какие-то нераспознанные причины — причины, которые мы не в состоянии разглядеть или осмыслить. Английское слово chance («случай, шанс») происходит от слова, означающего «падать, выпадать» (об игральных костях)< Это слово — латинское cadere.>. В данном случае имеется в виду то, что падение костей (в числе прочего) носит случайный характер; это событие, за которым не стоит никакой причины. Именно в этом смысле используется обычно данный термин. Но если присмотреться к вопросу повнимательней, станет понятно, что в падении костей нет ничего случайного. Всякий раз, когда кость открывает при падении определенное число, она следует закону, столь же нерушимому, как и тот, который управляет вращением планет вокруг солнца. За этим падением стоят причины — точнее, цепочка причин, проследить которую до конца нет никакой возможности. Положение кости в стакане; количество мышечной энергии, затраченной при броске; конфигурация стола и т. п. — все это причины, результат которых вы наблюдаете при игре. Однако за этими видимыми причинами выстраиваются цепочки причин незримых, так или иначе повлиявших на выпавшее число.

Если долго бросать одну и ту же кость, то окажется, что числа выпадают примерно с одинаковой частотой. Иными словами, единица, двойка и т. д. будут оказываться вверху приблизительно одинаковое количество раз. Подбросьте в воздух монетку, и она упадет «орлом» или «решкой». Но если подбрасывать ее таким образом достаточное количество времени, то выяснится, что «орел» выпадает примерно так же часто, как и «решка». Тут мы имеем дело с законом больших чисел< Закон математической теории вероятностей, согласно которому совместное действие большого числа одинаковых и независимых случайных факторов приводит к результату, в пределе не зависящему от случая.>. Однако под Закон Причины и Следствия подпадает любой бросок — будь то среднеарифметический или единичный. Если бы мы могли проследить все предшествующие причины, то убедились бы, что при подобных условиях кость могла упасть только так и не иначе. Схожие причины ведут к схожим результатам. У каждого события есть свое «потому что». Ничто не случается без причины — точнее, без цепочки причин.

Определенное замешательство в умах людей, рассматривающих этот Принцип, вызывает вопрос о том, каким образом одна вещь могла привести к другой, — иными словами, стать «творцом» этой второй вещи. На самом-то деле никакая «вещь» не в состоянии «сотворить» другую. Принцип Причины и Следствия имеет дело исключительно с событиями. «Событие» — это «то, что возникает или происходит в результате или вследствие какого-либо предшествующего события». Событие не «создает» другое событие. Оно лишь является звеном в той упорядоченной цепочке происшествий, которые берут начало в созидательной энергии Абсолюта. Существует непре рывная последовательность между событиями предшествующими и последующими. Можно говорить о связи между всем, что произошло ранее, и всем, что последовало.

Скатившийся по горному склону камень пробивает крышу дома, расположенного у подножия горы. Выглядит это — на первый взгляд — чистой случайностью. Но стоит нам исследовать данный вопрос, и мы обнаружим цепочку причин, приведших к такому последствию. Во-первых, необходимо упомянуть дождь, который размягчил землю, поддерживавшую этот камень. Нельзя также забывать о воздействии других дождей и солнечных лучей, под влиянием которых камень понемногу откололся от массива скалы.

Помимо этого, были причины, приведшие в свое время к образованию самой горы, — и так далее, до бесконечности. Еще мы могли бы принять во внимание причины, результатом которых стал этот последний дождь. Еще можно учесть историю существования самой крыши. И скоро мы окажемся в такой мешанине причин и следствий, из которой нам захочется поскорее выбраться. У любого человека есть двое родителей, четверо бабушек и дедушек, восемь прабабушек и прадедушек, шестнадцать прапрабабушек и прапрадедушек — и так далее, пока, скажем, в сороковом поколении число таких предков не достигнет нескольких миллионов. Так и с количеством причин, стоящих за любым, даже самым незначительным событием — вроде крохотного пятнышка сажи, промелькнувшего у вас перед глазами. Не так-то просто проследить этот кусочек сажи до той отдаленной эпохи, когда он являлся частью огромного дерева, превратившегося позднее в уголь. И так продолжалось до тех пор, пока кусочек этот не мелькнул перед вашим взором на пути к новым приключениям. К нынешнему состоянию его привела длиннейшая цепь событий — причин и следствий. Да и само это состояние — лишь звено в цепи других происшествий, которым суждено растянуться не на одну сотню лет. К числу событий, берущих начало в этом крохотном кусочке сажи, относится и написание этих строк, что заставило машинистку, а позже и корректора выполнить свою часть работы. Наконец это навело вас (и не только вас) на определенные мысли, которым суждено впоследствии повлиять на других людей — и так далее, до бесконечности. И все это благодаря какому-то крохотному кусочку сажи! Подобные моменты вновь и вновь доказывают относительность и взаимосвязанность всех явлений, как, впрочем, и то, что «нет ни малых, ни больших для создавшей всё Души»< Эпиграф к эссе Ральфа Уолдо Эмерсона «История».>. Подумайте-ка вот о чем. Если бы давным-давно, в эпоху каменного века, некий мужчина не встретил некую женщину, вас, читающего эти строки, просто не было бы на свете. А может, не встреться эта пара, не было бы нас — тех, кто все это пишет. Да и сам акт сочинительства (с нашей стороны) и чтения (с вашей) способен воздействовать не только на наши персональные судьбы. Ему суждено повлиять — напрямую или косвенным образом — на огромное множество людей, как живущих ныне, так и тех, кому еще предстоит родиться. У каждой мысли, у каждого поступка есть свои результаты, которые становятся частью великой цепочки Причин и Следствий.

В этой работе мы не намерены углубляться в рассуждения о Свободе Воли и Детерминизме, на что есть свои причины. Прежде всего стоит учесть то обстоятельство, что ни одна из дискутирующих сторон не может считаться полностью правой. Если исходить из Герметического Учения, то правы и те, и другие — но лишь отчасти. В соответствии с Принципом Полярности, все это лишь полуистины — противоположные полюса Истины как таковой. Согласно Учению, человек может быть Свободен и в то же время связан Необходимостью — в зависимости от значения, которое приписывают этим терминам, а также от высоты Истины, с какой рассматривается данный вопрос. Древние мудрецы так выразили эту мысль: «Чем дальше творение от Центра, тем сильнее оно связано; чем оно ближе к Центру, тем ближе к Свободе».

Люди в большинстве своем являются рабами наследственности, окружения и прочих внешних факторов, что существенно ограничивает их Свободу. Они подвержены мнениям, нравам и обычаям окружающего мира, а также собственным чувствам, эмоциям и настроениям. Невозможно назвать их Хозяевами своей судьбы. Сами они, конечно же, с негодованием запротестуют: «Вот еще! Я свободен действовать так, как мне заблагорассудится; я могу делать все, что хочу». Однако они не в состоянии объяснить, откуда берутся их «хочу» и «заблагорассудится». Что по буждает их «захотеть» сделать именно так, а не иначе? Мастер в состоянии изменить эти «хочу» и «заблагорассудится» на противоположные им — на те, что находятся на другом конце ментального полюса. Он способен «желать по желанию», а не потому, что его сподвигли к этому какие-то чувства, эмоции, настроения или импульсы извне. Люди, опять-таки, в большинстве своем подобны падающему с горы камню, который не имеет своей воли. Они целиком и полностью зависят от своего окружения, внешних влияний и собственных настроений, не говоря уже о желаниях и настроении тех, кто сильнее их. Они покорно следуют в русле событий, не сопротивляясь и не тренируя Волю. Такие люди — все равно что пешки на шахматной доске жизни: отыграли свою партию и убраны за ненадобностью.

И лишь Мастера, которым известны правила игры, возносятся над планом материального бытия. Придя в соприкосновение с высшими силами своей природы, они берут под контроль собственные качества, настроения и полярность, не говоря уже о влиянии окружающей среды. Из Пешек они превращаются в Игроков — становятся Причиной, а не Следствием. Они не в состоянии избегнуть Причинных Связей, характерных для высших планов, однако способность подчиняться высшим законам делает их хозяевами обстоятельств на низших уровнях бытия. Они становятся сознательной частью Закона — в отличие от тех, кто является его слепым орудием. Служение на высших планах позволяет им править на плане физическом.

Но о каком бы плане ни шла речь, Закон для всех един. Не существует такой вещи, как Случайность. Разум давно упразднил эту слепую богиню. Свет знания позволил нам ясно разглядеть, что все в этом мире следует Универсальному Закону; что безграничное множество законов — всего лишь проявления Единого Великого Закона, которым является Абсолют. Не зря же сказано в писании: даже воробей не упадет, не замеченный Разумом Абсолюта; даже волосы у нас на голове сочтены< См. Матф. 10:29-30, Лук. 12:6-7.>. Ничто не существует вне Закона; ничто не может произойти вопреки ему. Но не стоит думать, что Человек — это слепое орудие в руках судьбы. Согласно Герметическому Учению, Человек может использовать Закон, чтобы возобладать над законами, и высшее всегда будет господствовать над низшим. И так до тех пор, пока Человек не достигнет стадии, на которой сольется с самим ЗАКОНОМ, насмеявшись над законами феноменального мира.

Понятен ли вам истинный смысл этих слов?  

Книга "Таро Уэйта": Большие Арканы

Как показывает статистика блога, чаще всего посетители читают материалы, связанные с моей книгой по Таро Уэйта: новое предисловие и одно из прежних предисловий, где Таро Уэйта ставилось в историческую перспективу. Я решил опубликовать здесь еще серию фрагментов, которые давали бы более наглядное представление о содержании книги. 

Начинается книга анализом Больших (Старших, Мажорных и т. д.) Арканов, который подается по следующей схеме: 

II. Верховная Жрица

Гимел g = Луна

Оригинальный текст Уэйта

У ее ног — полумесяц, на голове — диадема с рогами и шаром посередине, а на груди — большой солнечный крест. На свитке в ее руках начертано слово Тора, что означает Высший Закон, Тайный Закон и второе значение слова<См. в «Учении Высшей Магии» Леви: «Все заключено и одном слове; слово это состоит из четырех букв: это Тетраграмма [Йод-Хе-Вау-Хе] евреев, Азот алхимиков, Тот (Thot) цыган и Таро Каббалистов. Это слово, выраженное столь различными способами, для профанов обозначает Бога, для философов человека и дает адептам последнее слово человеческих знаний и ключ к божественной власти; но пользоваться им умеет только тот, кто понимает необходимость никогда его не разглашать».>. Он отчасти прикрыт ее мантией, указывая на то, что некоторые вещи подразумеваются, но не произносятся [вслух]. Она восседает меж белой и черной колонн — [помеченных буквами] J и B — мистического Храма <См. 3Цар. 7:21, 2Пар. 3:17.>, и позади ее [видна] завеса Храма, расшитая пальмами и гранатами. Ее одеяния струятся прозрачными волнами, а мантия подразумевает свет — мерцающее сияние. Ее называли Оккультной Наукой на пороге Святилища Исиды<С Исидой эту карту впервые связал Кур де Жебелен, остальные слова происходят от Элифаса Леви. Поль Кристиан назвал Аркан II «Дверью Оккультного Святилища».>, но на самом деле это Тайная Церковь, Дом для Бога и человека. Она также представляет Второй Брак Князя, который более не от мира сего; это духовная Невеста и Мать, дочерь звезд и Вышнего Сада Едемского. Наконец, она — Царица заимствованного света, но это свет всего [сущего]. Она — Луна, питаемая молоком Вышней Матери.

В каком-то смысле она также и сама Вышняя Матерь — то есть [ее] яркое отражение. Именно в этом значении отражения ее самое истинное и высшее имя в символизме есть Шехина — сугубое великолепие. Согласно [учению] Каббалы, Шехина присутствует как вверху, так и внизу. В высшем мире она именуется Бина — Вышнее Понимание, отражающееся в низших эманациях. В низшем же мире это Малкут — мир, каковой в данном случае понимается как благословенное Царство, а благословляет его Слава Господня. В мистическом смысле Шехина — это Духовная Невеста праведного мужа, и когда он читает Закон, она придает [ему] Божественный смысл. В определенных отношениях эта карта является наивысшей и самой святой среди Больших Арканов.

Метафизическая интерпретация

Между Верховной Жрицей и двумя предыдущими картами Больших Арканов — Магом и Дураком — существует огромное различие. Прежде всего у нее совершенно иной колорит. Верховная Жрица облачена в голубые цвета, свидетельствующие о свойственной водному элементу пассивной восприимчивости, что разительно отличает ее от активных, агрессивных, мужественных цветов Мага.

Будучи типично женским по своей природе, ее могущество берет начало в мире души и подсознания. В прежние времена эти понятия воспринимались с благоговением, однако встречали мало понимания, ибо держались в строгой тайне от простаков. Только посвященный мог узнать, как контролировать и развивать эти грани личности и их энергию.

Символы воды с присущими ей текучестью и отражательной способностью вообще часто увязываются с подсознанием. Можно сказать, что вода символизирует память, книгу нашей личной истории. Концепция текучести станет яснее, если учесть, что подсознательный разум должен быть чрезвычайно подвижным, ибо он первым впитывает в себя все, что думает, испытывает, ощущает, познает и чувствует человек; затем он обрабатывает приобретенный опыт, создавая в памяти некую постоянную модель. В карте Верховная Жрица вода растекается с ее одеяния в спокойную морскую гладь. Этому морю, раскинувшемуся за покрывалом Верховной Жрицы, приписываются и другие присущие подсознанию качества. Речь идет о таких психических свойствах, как телепатия, пророческий дар, ясновидение и интуитивное общение с помощью языка универсальных символов. Через подсознание мы телепатически настраиваемся на волну других людей, обретаем интуитивное видение ситуации с помощью символического языка сновидений и даже способность предсказывать грядущие события. Порядковый номер Верховной Жрицы — II (2). Таким образом, перед нами два водных источника, указывающих на персональное и вселенское подсознание. Ниспадающее двумя крыльями покрывало означает два аспекта подсознания: психическую способность, таинственным образом связующую нас с прошлым, настоящим и будущим, и способность подсознания отражать и преобразовывать в символы события нашей жизни.

Символами двойственности выступают и луны — одна из них короной венчает голову Верховной Жрицы, а другая в виде полумесяца лежит у ее ног. Они символизируют перемены, флуктуации и цикличность. Переменчивость лунных фаз — от полнолуния к новолунию — указывает также на то, что Верховная Жрица означает некие скрытые, незримые факторы.

Образный строй

Прекрасная, безмятежная женщина спокойно и разумно ступает по жизненному пути в полном согласии с системой своих личных убеждений.

Это ясновидящая, пристально вглядывающаяся в прошлое и будущее.

Это друг или психолог, способный нас внимательно выслушать и дать исчерпывающую оценку ситуации. Это Дева-весталка древних времен, надежно укрытая за стенами храма, преисполненная добродетелей и духовной чистоты. Благодаря ее тончайшей настроенности на психический мир жрецы получали свои пророчества.

Это душа, сокрытая от нас при свете дня и манящая к себе в ночном сумраке, наполняющая нашу жизнь безбрежным богатством сновидений и символов.

Это набожная, благочестивая женщина, чистая, преданная и целеустремленная.

Это подсознательные способности каждого из нас, дремлющие до поры в ожидании пробуждения и развития.

Символизм

Каббалистический атрибут Верховной Жрицы — еврейская буква Гимел g, родственная Луне. Для выявления лунной ассоциации Уэйт вводит следующие подсказки.

·  Самый наглядный символ — это серп Луны, покачивающийся «на волнах» ниспадающей мантии Жрицы. Он недвусмысленно связывает весь рассматриваемый символ с Луной. Не стоит забывать, что эзотерический порядок расположения семи планет — это великая тайна еврейского алфавита, которая полностью не раскрывается ни в одной из версий «Сефер Йецира». От этого порядка зависит правильный выбор каббалистических атрибутов Таро. Матерс заново открыл этот порядок, уточнив ранние исследования Леви, а Уэйт в художественном исполнении этой колоды Таро точно придерживался астрологической символики, установленной Матерсом.

·  Занавес, на фоне которого сидит Верховная Жрица, расписан гранатами и пальмами, расположенными в форме Древа Жизни. На истинное место Аркана II (как Гимел) на Древе Жизни указывает расположение короны и головы Жрицы. Верхний гранат, украшающий ткань занавеса, показывает положение Кетер, первой Сефиры, тогда как солнечный крест на груди Жрицы отмечает положение Тиферет, шестой Сефиры. Поэтому путь Гимел соединяет корону, голову и грудь Жрицы.

·  Дополнительный символ можно обнаружить в другой карте Больших Арканов. Это Аркан XVIII, Луна, который, согласно «Сефер Йецира», скорее родствен знаку Рыб, чем Луне.

Луна Таро Уэйта

Из-за путаницы, возникшей в связи с тем, какой из двух символов — II или XVIII — считать астрологическим атрибутом Луны, многие толкователи были склонны соотнести Луну с Арканом XVIII, а не II. Изображая серп Луны на картине Аркана II (а не Аркана III, где во французском Таро Вирта серп Луны виден у ног Императрицы), Уэйт обращает наше внимание на то, что II — единственный Аркан, который должен соответствовать Луне.

Таро Вирта: полумесяц под ногой Императрицы,

а не Верховной Жрицы!

В качестве весьма тонкого символа на картине изображен головной убор Верховной Жрицы, форма которого указывает на астрологическое соответствие с Арканом XVIII, Луной. Головной убор в виде двух серповидных рогов и ниспадающей вуали зашифровывает зодиакальный символ Рыб, напоминающий два лунных полумесяца, соединенных горизонтальной линией.

Корона и вуаль как знак Рыб

Тем самым подтверждаются каббалистически-астрологические атрибуты «Сефер Йецира», демонстрируя, что:

• Аркан II = Гимел = Луна;
• Аркан XVIII = Коф = Рыбы.

Современное гадательное толкование

(Прямая карта) Скрытые факторы.

На рассматриваемый вопрос воздействуют скрытые либо тайные силы. Часто появление в раскладе Верховной Жрицы говорит о том, что сам Вопрошающий испытывает неуверенность в интересующем его вопросе и нуждается в дополнительной информации либо хочет знать, что его ждет в будущем.

Луна Верховной Жрицы символизирует перемены в обстоятельствах, о которых сам Вопрошающий, возможно, не подозревает. Эта карта часто символизирует тайные, сокрытые силы, воздействующие на проблему Вопрошающего, как бы сам он не тешил себя мыслью о том, что знает свою ситуацию вдоль и поперек. Появление Верховной Жрицы указывает на то, что известны далеко не все аспекты данного вопроса.

Верховная Жрица может также указывать на участвующую в гадании интуитивную или психическую силу. Не исключено, что заданный вопрос касается сновидения или психического восприятия некоей важной проблемы.

Эта карта может означать подход к вопросу с высоконравственных позиций и в высшей степени добропорядочные поступки. В своем поведении Вопрошающий должен руководствоваться личными нравственными и этическими убеждениями.

В позиции Окончательного итога Верховная Жрица предвещает тайные благоприятные перемены. Посоветуйте Вопрошающему проявить в рассматриваемой ситуации добродетель и стойкость в убеждениях.

Верховную Жрицу можно включить в число карт-сигнификаторов для женщин. Женщину, которая отдает предпочтение этой карте, можно охарактеризовать как наделенную сильной интуицией личность с высокодуховным философским подходом к жизни. Эта философия может брать свое начало в каком-нибудь формальном религиозном учении либо естественно и независимо развиваться в душе самой женщины. Уважая личные права ближних, она предпочитает хранить свои убеждения при себе, живя поступками и действиями, а не проповедями.

Ключ к душевному покою и гармонии этой женщины таится в ее неизменной приверженности своей системе ценностей. Подлинное счастье приносит ей тонкий духовный настрой на поток интуитивного осознания, уносящий ее с собой. Идеалистка по натуре, она многого ожидает от себя и других и втайне испытывает глубокие разочарования, когда люди не оправдывают ее надежд.

В раскладе Верховная Жрица может олицетворять либо самого Вопрошающего, либо наделенную упомянутыми выше качествами женщину, которая играет некую роль в данном вопросе.

(Перевернутая карта) Разлад между этическими нормами и поступками приводит к несчастьям. Карта указывает на внезапную негативную перемену.

Перевернутая Верховная Жрица указывает на дисбаланс между жизнью и системой нравственных убеждений человека. Нередко эта тенденция проявляется в виде компромисса или принесения в жертву чрезвычайно важного этического принципа ради другого человека или обстоятельства, связанного с данным вопросом. Вопрошающий пребывает в противоречивой, компромиссной ситуации; вместо того чтобы что-то изменить или найти решение проблемы, он или она сохраняет дремотную пассивность, возможно лелея в душе месть, осуждение и ожесточение.

Дополнительные значения по Уэйту

(Прямая карта) Секреты, загадочность, неведомое на данный момент будущее; женщина, которая проявляет интерес к Вопрошающему-мужчине; сама Вопрошающая, если это женщина; молчание, целеустремленность; таинство, премудрость, наука.

(Перевернутая карта)  Страсть, нравственное или физическое рвение, самомнение, поверхностные знания.

Элифас Леви, "Учение и ритуал Высшей Магии"

В издательстве "София" скоро осуществляется моя давнишняя мечта -- сделать хорошее современное издание "Учения и Ритуала" Элифаса Леви. За основу я взял дореволюционный перевод Александрова, тщательно сверяю его по французскому изданию 1861 года, в сложных моментах обращаюсь также к классическому английскому переводу Артура Эдварда Уэйта. Исправляю ошибки перевода (в том числе безбожно перевранные имена собственные), востанавливаю пропущенные фрагменты. Комментариев даю только самый необходимый минимум -- сейчас каждый может за минуту найти и прочесть в Интернете и изложение мифа об Эдипе, и биографию Гийома Постеля. В книге будут дополнительные иллюстрации -- описания карт Таро согласно Леви мы сопроводим картами Освальда Вирта, который именно тарологическую концепцию Леви и постарался реализовать. Возможно, "Учение" и "Ритуал" сначала выйдут отдельными книгами.

Вот пока Введение.

Введение

Под покровом всех иератических и мистических аллегорий древних учений, сквозь мрак и странные испытания всех посвящений, под печатью всех священных писаний, в развалинах Ниневии и Фив, на изъеденных временем камнях древних храмов, на почерневших ликах сфинксов Ассирии и Египта, в чудовищных или чудесных рисунках, объясняющих верующим Индии священные страницы Вед, в странных эмблемах наших старых алхимических книг, в церемониях приема неофитов, практиковавшихся всеми таинственными обществами, — повсюду мы находим следы некоего учения, везде одного и того же и везде тщательно скрываемого.

По-видимому, оккультная философия была кормилицей или крестной матерью всех религий, тайным рычагом всех интеллектуальных сил, ключом ко всем божественным неясностям и абсолютной царицей общества в те времена, когда единственным ее назначением было воспитание первосвященников и царей.

Она царствовала в Персии с магами, которые в конце концов погибли, как погибают все владыки мира, злоупотребляющие своим могуществом; она одарила Индию самыми чудесными преданиями и невероятным богатством поэзии, прелести и ужаса своих эмблем; она цивилизовала Грецию под звуки лиры Орфея; в смелых вычислениях Пифагора она скрывала принципы всех наук и всего прогресса человеческого духа; миф была полон ее чудес, и сама история, когда бралась судить эту неизвестную силу, сливалась с мифом; своими оракулами она потрясала или утверждала империи, заставляя бледнеть тиранов, и посредством любопытства или страха господствовала над всеми умами. Для этой науки, говорила толпа, нет ничего невозможного: она повелевает стихиями, знает язык светил и управляет ходом звезд; при звуке ее голоса окровавленная луна падает с неба и мертвецы встают из могил и бормочут зловещие слова, пока ночной ветер продувает их черепа. Госпожа как любви, так и ненависти, эта наука может устроить по своему желанию рай или ад людским сердцам; она свободно располагает всеми формами и распределяет, как ей угодно, красоту и безобразие; при помощи жезла Цирцеи она превращает людей в скотов и животных в людей; она предопределяет даже жизнь и смерть и может доставить своим адептам богатство (посредством трансмутации металлов) и бессмертие (при помощи своей квинтэссенции, или эликсира, составленного из золота и света).

Вот чем была магия от Зороастра до Мани, от Орфея до Аполлония Тианского — до тех пор, пока самоуверенное христианство, восторжествовав наконец над прекрасными мечтами и титаническими устремлениями Александрийской школы, не осмелилось публично поразить эту философию своими анафемами и тем самым не заставило ее стать еще более оккультной и таинственной, чем когда-либо прежде.

Кроме того, ходили странные и тревожные слухи о посвященных, или адептах; эти люди повсюду были окружены зловещим влиянием: они убивали или сводили с ума всех, кто позволял себе увлечься их сладким красноречием или очарованием их знаний. Женщины, которых они любили, становились ведьмами; их дети исчезали во время ночных собраний; по секрету, с дрожью в голосе, говорили о кровавых оргиях и омерзительных пиршествах. В подземельях древних храмов находили кости; по ночам слышались стоны; там, где проходил маг, гибли жатвы и чахли стада. Являлись болезни, презиравшие искусство медицины, и, как говорили, это всегда было результатом ядовитых взглядов адептов. Наконец повсюду раздался крик осуждения магии, самое имя которой стало преступлением; ненависть толпы формулировалась в приговоре: «Магов — в огонь!», подобно тому как за несколько веков до того кричали: «Христиан — ко львам!» А ведь толпа может сговориться лишь против реальной мощи; ей не ведома истина, но зато она хорошо чувствует силу.

На долю восемнадцатого столетия выпало издеваться одновременно и над христианами, и над магией, при этом приходя в восторг от проповедей Жан-Жака [Руссо] и чудес Калиостро.

Однако в основе магии есть наука, подобно тому как в основе христианства лежит любовь; и мы видим в евангельских символах, как три мага, руководимые звездой (тернер<Триада, троица (от фр. ternaire).> и знак микрокосма), поклоняются воплощенному Слову и приносят Ему в дар золото, ладан и смирну: вот еще один таинственный тернер, скрывающий в себе высочайшие секреты Каббалы.

Итак, христианству не за что было ненавидеть магию; но людское невежество всегда боится неизвестного.

Наука вынуждена была скрываться от страстных нападок слепой любви; она оделась новыми иероглифами, скрывала свои усилия и надежды. Тогда был создан жаргон алхимиков — постоянное разочарование для толпы, жаждущей золота, и живой язык лишь для истинных учеников Гермеса.

Удивительное дело! Среди священных книг христиан есть два сочинения, на понимание которых сама непогрешимая церковь не претендует и которые она даже никогда не пытается объяснить. Это пророчество Иезекииля и Апокалипсис, два каббалистических ключа, без сомнения, сберегаемых на небе для комментариев царей-магов; книги, запечатанные семью печатями для верующих христиан и совершенно ясные для неверного, посвященного в тайные науки.

Существует еще одна книга, но она, хотя в некотором смысле весьма популярна и широко доступна, оказывается самой тайной и самой неизвестной из всех, так как содержит в себе ключ ко всем другим. Все ее знают, и она никому не известна; никому не приходит в голову искать ее там, где она находится; и если бы кто-нибудь подозревал ее существование, он тысячу раз потерял бы свое время, ища там, где ее нет. Эта книга, быть может, гораздо более древняя, чем Книга Еноха, никогда не была переведена; она написана первобытными знаками на отдельных страницах, подобных древним [глиняным] табличкам. Один знаменитый ученый<По-видимому, Кур де Жебелен.> открыл — хотя никто этого не заметил, — если и не секрет ее, то, во всяком случае, древность и исключительную сохранность. Другой ученый<По-видимому, Эттейла.>, обладавший умом скорее мечтательным, чем рассудительным, посвятил тридцать лет изучению этой книги, и пришел лишь к смутному пониманию ее значения. Это воистину монументальная и неповторимая работа, простая и мощная, как архитектура пирамид, а следовательно, и столь же устойчивая; книга, резюмирующая все науки; книга, бесконечные комбинации [страниц] которой способны решить все проблемы; книга, которая говорит, заставляя думать; которая вдохновляет и регулирует все возможные концепции; быть может, шедевр человеческого духа и, бесспорно, одна из прекраснейших вещей, оставленных нам древностью; всеобъемлющий ключ, имя которого было понято и объяснено лишь просветленным ученым Гийомом Постелем; уникальный текст, первые буквы которого привели в экстаз религиозный дух Сен-Мартена и вернули разум возвышенному и несчастному Сведенборгу. Об этой книге мы будем говорить позже, а математически точное ее объяснение будет завершением и венцом нашей добросовестной работы.

Первоначальный союз между христианством и наукой магов, если он будет доказан, будет иметь громадное значение; и я не сомневаюсь, что серьезное изучение магии и Каббалы непременно заставит примириться науку и догму, разум и веру, хотя до сих пор такое примирение считается невозможным.

Мы говорили уже, что Церковь, специальным атрибутом которой является хранение Ключей, совершенно не претендует на понимание Апокалипсиса и Видения Иезекииля. Для христиан, по их собственному мнению, научные и магические Ключи Соломона потеряны. Однако в области разума, управляемого Словом, ничто написанное не потеряно. Лишь вещи, которые люди перестают понимать, перестают для них существовать — во всяком случае, как Слово; они переходят тогда в область загадок и тайны.

Впрочем, антипатия и даже открытая враждебность официальной Церкви ко всему, что входит в сферу магии, представляющей собой род личного и эмансипированного священства, обсуловлены необходимыми причинами, на которых основано социальное и иерархическое устройство христианского священства. Церковь не признает магии, ибо она должна ее игнорировать или погибнуть, как мы это позже и докажем; тем не менее, Церковь признает, что ее таинственному основателю поклонялись, когда он был еще в колыбели, три мага, т. е. священные посланники от трех частей известного в то время мира и от трех аналогичных миров оккультной философии.

В Александрийской школе магия и христианство почти подают друг другу руку под покровительством Аммония Саккаса и Платона. Учение Гермеса почти целиком находится в сочинениях, приписываемых Дионисию Ареопагиту. Синезий намечает план трактата о снах — трактата, который позже был комментирован Карданом; трактата, состоящего из гимнов, которые сгодились бы для литургии церкви Сведенборга, если бы только церковь просветленных могла иметь литургию. К той же эпохе пламенных абстракций и страстных словопрений нужно отнести философское царствование Юлиана, называемого Отступником за то, что в юности он, против своей воли, принял христианство. Всему миру известно, что Юлиан совершил ошибку, не вовремя став героем Плутарха, и, если можно так выразиться, был Дон Кихотом римского рыцарства. Но вот что далеко не все знают — Юлиан был мечтателем и посвященным первой степени, он верил в единого Бога и в универсальное учение о Троице; словом, он сожалел только о величественных символах древнего мира и слишком привлекательных его образах. Юлиан не был язычником; это был гностик, набивший себе голову аллегориями греческого политеизма и имевший несчастье находить имя Иисуса Христа менее звучным, чем имя Орфея. В нем император заплатил за вкусы философа и ритора; и после того, как он доставил самому себе удовольствие умереть, как Эпаминонд, произнося фразы Катона, — Юлиан получил от общественного мнения, в то время уже всецело христианского, проклятие в качестве надгробного слова и презрительное прозвище в качестве памятника.

Пропустим маленькие дела и таких же людишек Империи времен упадка и приступим к Средним векам... Возьмите эту книгу, прочтите седьмую страницу, затем садитесь на плащ, который я расстелю и полой которого мы закроем себе глаза... Не правда ли, у вас кружится голова и кажется, что земля бежит под ногами? Крепко держитесь и не смотрите... Головокружение прекратилось. Мы прибыли. Встаньте и откройте глаза; но остерегайтесь сотворить крестное знамение или произнести какое-нибудь христианское слово... Местность похожа на пейзаж работы Сальватора Розы. По-видимому, это пустыня, только что успокоившаяся после бури. На небе нет луны, но разве вы не видите, как пляшут маленькие звездочки в кустарнике? Разве вы не слышите, как летают вокруг вас гигантские птицы и, пролетая, бормочут странные слова? Приблизимся молча к этому перекрестку среди скал. Слышен хриплый и зловещий звук трубы; повсюду зажигаются черные факелы. Вокруг пустого сиденья толпится шумное собрание; смотрят и ждут. Внезапно все простираются ниц и шепчут: «Вот он! Вот он! Это он!» Вприпрыжку появляется князь с козлиной головой; он всходит на трон, оборачивается и, нагнувшись, подставляет собранию человеческое лицо, к которому все подходят с черными свечами в руках для поклонения и поцелуя; затем он выпрямляется с пронзительным свистом и распределяет между своими соучастниками золото, секретные наставления, тайные лекарства и яды. В это время зажигаются костры; ольха и папоротник горят в них вперемежку с человеческими костями и жиром казненных. Друидессы, увенчанные петрушкой и вербеной, золотыми серпами приносят в жертву некрещеных детей и приготовляют ужасное пиршество. Накрыты столы; мужчины в масках садятся около полуголых женщин и начинается пир вакханалии: ни в чем нет недостатка, кроме соли, символа мудрости и бессмертия. Вино течет рекой и оставляет пятна, похожие на кровь. Начинаются непристойные разговоры и безумные ласки; наконец все собрание опьянело от вина, преступлений, сладострастия и песен; встают в беспорядке и спешат составлять адские хороводы... Тогда появляются все чудовища легенды, все фантомы кошмара; громадные ящерицы прикладывают ко рту флейту задом наперед и дуют, подпирая бока своими лапами; горбатые жуки вмешиваются в танцы; раки стучат в кастаньеты; крокодилы трещат своими чешуями; приходят слоны и мамонты, одетые купидонами, и танцуют, задирая ноги. Затем потерявшие голову хороводы разрываются и рассеиваются... Каждый танцор, горланя, увлекает за собой танцовщицу с растрепанными волосами... Лампы и свечи из человеческого жира гаснут, чадя во мраке... Там и сям слышны крики, взрывы смеха, богохульства и хрипы... Проснитесь и не делайте крестного знамения: я привез вас домой, и вы у себя в постели. Вы немного устали, даже слегка разбиты этим путешествием и этой ночью; но зато вы видели нечто такое, о чем все говорят, не зная его; вы посвящены в секреты столь же ужасные, как и тайны пещеры Трофония: вы были на шабаше! Теперь вам остается только не сойти с ума и держаться в спасительном страхе перед правосудием и на почтительном расстоянии от Церкви и ее костров.

Не желаете ли увидеть что-нибудь менее фантастическое, более реальное и поистине более ужасное? Я позволю вам присутствовать при казни Жака де Молэ и его соучастников, или братьев по мученичеству... Но не ошибитесь и не спутайте виновного и невинного. Действительно ли обожали Бафомета тамплиеры? Совершали ли они обряд унизительного лобзания заднего лица козла Мендеса? Наконец, чем была эта тайная и могущественная организация, грозившая гибелью Церкви и Государству, которую истребили, даже не выслушав? Но не судите легкомысленно; они виновны в великом преступлении: позволили профанам мельком увидеть святилище древнего посвящения; еще раз сорвали и разделили между собой, чтобы стать таким образом владыками мира, плоды познания добра и зла. Осудивший их приговор гораздо выше трибунала папы или короля Филиппа Красивого. «В день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь» — сказал сам Бог, как мы читаем в книге «Бытие».

Что же такое происходит в мире и почему задрожали священники и короли? Какая тайная власть угрожает тиарам и коронам? Вот несколько безумцев, скитающихся по свету и, как говорят они сами, скрывающих философский камень под своими нищими лохмотьями. Они умеют превращать землю в золото, но у них нет убежища и хлеба! Чело их увенчано ореолом славы и отблеском позора. Один нашел универсальное знание и не может умереть, чтобы освободиться от мук своего триумфа; это уроженец Майорки Раймонд Луллий. Другой фантастическими лекарствами излечивает воображаемые болезни и, таким образом, заранее опровергает поговорку, констатирующую недейственность прижигания деревянной ноги; это  дивный Парацельс, вечно пьяный и вечно светлый ум, подобный героям Рабле. Вот Гийом Постель, пишущий наивное послание отцам Трентского собора; он открыл сокрытое от начала мира абсолютное учение и спешит им поделиться. Собор даже не обращает внимания на безумца, не удостаивает осудить его и переходит к рассмотрению насущных вопросов о милости действительной и милости достаточной. Мы видим, как умирает в нищете и изгнании Корнелий Агриппа, менее всего маг, несмотря на то, что толпа упорно считает его великим колдуном за то, что порой он был язвителен и мистифицировал. Какой секрет унесли с собой в могилу все эти люди? Почему ими восхищаются, не зная их? Почему осуждают их, не выслушав? Вы спрашиваете, почему? А зачем они посвящены в эти страшные, тайные науки, которых боится Церковь и общество? Зачем знают они то, чего не знают другие люди? Зачем скрывают они то, что все так жаждут знать? Зачем облечены они страшной и неизвестной властью? Тайные науки! Магия! Вот слова, объясняющие вам всё и могущие заставить вас подумать о еще большем. De omni re scibili et quibusdam aliis<Обо всех вещах, доступных познанию, и о некоторых других (лат.).>.

Чем же была магия? В чем заключалось могущество всех этих столь преследуемых и столь гордых людей? Почему, если они были безумны и слабы, им оказывали честь, так сильно боясь их? Существует ли магия, существует ли такая тайная наука, которая действительно была бы силой и производила чудеса, могущие конкурировать с чудесами узаконенных религий?

На эти главные вопросы я отвечу словом и книгой. Книга будет доказательством слова, а слово — вот оно: да, могущественная и реальная магия существовала и продолжает существовать в настоящее время; да, истинно все, что говорили о ней легенды; только в данном случае, вопреки обыкновению, народные преувеличения оказываются значительно слабее истины.

Да, существует страшная тайна, открытие которой уже однажды разрушило мир, о чем свидетельствуют религиозные предания Египта, символически обобщенные Моисеем в начале книги «Бытие». Эта тайна представляет собой фатальное знание добра и зла, и результат ее, когда ее разглашают, — смерть. Моисей изображает этот секрет в виде дерева, растущего в центре земного рая по соседству с деревом жизни и даже касающегося его своими корнями; четыре таинственные реки берут начало у подножия этого дерева, охраняемого огненным мечом и четырьмя формами библейского сфинкса — Херувима Иезекииля... Здесь я должен остановиться, и боюсь, что и так уже сказал слишком много.

Да, существует единое, всеобъемлющее вечное учение, сильное, как высший разум, простое, как все великое, понятное, как все универсально и абсолютно истинное; и это учение было отцом всех других.

Да, существует наука, одаряющая человека сверхчеловеческими на первый взгляд прерогативами. Они перечислены в одном древнееврейском манускрипте XVI века.

Вот привилегии и силы того, кто держит в правой руке своей Ключи Соломона, а в левой — цветущую ветвь миндального дерева:

Алеф. — Он, не умирая, видит Бога лицом к лицу и запросто беседует с семью гениями, повелевающими всем небесным воинством.

Бет. — Он выше всех огорчений и опасений.

Гимел. — Он царствует со всем небом и заставляет весь ад служить себе.

Далет. — Он управляет своим здоровьем и жизнью и может также управлять здоровьем и жизнью других.

Хе. — Он не может быть ни застигнут несчастьем, ни удручен невзгодами, ни побежден врагами.

Bay. — Он знает причину прошлого, настоящего и будущего.

Заин. — Он обладает секретом воскрешения умерших и ключом к бессмертию.

Таковы семь главных привилегий. За ними следуют такие:

Хет. — Способность найти философский камень.

Тет. — Обладание универсальным лекарством.

Йод. — Знание законов вечного движения и умение вычислить квадратуру круга.

Каф. — Умение превращать в золото не только металлы, но и саму землю и даже нечистоты земли.

Ламед. — Умение укрощать самых диких животных и произносить слова, приводящие в оцепенение и очаровывающие змей.

Мем. — Владение замечательным искусством, дающим универсальное знание.

Нун. Умение учено говорить о чем угодно без предварительной подготовки и изучения вопроса.

Вот, наконец, семь меньших сил мага:

Самех. — Способность знать с первого взгляда сущность души мужчины и тайны сердца женщины.

Аин. — Способность заставлять природу открывать свои тайны, когда ему заблагорассудится.

Пе. — Предвидение будущих событий, кроме тех, которые зависят от свободной высшей воли или непостижимой причины.

Цаде. — Умение всем давать без промедления самые действенные утешения и самые полезные советы.

Коф. — Торжество над несчастьями.

Реш. — Победа над любовью и ненавистью.

Шин. — Обладание секретом богатства, способность всегда быть его господином и никогда — рабом. Умение наслаждаться даже бедностью и никогда не впадать в унижение и нищету.

Тау. — Добавим к этим трем септенерам<То есть семеркам, от фр. septenaire.>, что маг управляет первоэлементами, укрощает бури, исцеляет больных прикосновением и воскрешает умерших!

Но есть вещи, которые Соломон запечатал своей тройной печатью. Посвященные знают, и этого достаточно. Что же касается других, то пусть они смеются, пусть не верят, сомневаются, угрожают или боятся — что за дело до этого науке и нам?

Действительно, таковы плоды оккультной философии, и, утверждая, что все эти привилегии реальны, мы не боимся ни обвинения в безумии, ни подозрения в шарлатанстве.

Цель всей нашей работы по оккультной философии — доказать это.

Таким образом, философский камень, универсальное лекарство, трансмутация металлов, секрет квадратуры круга и вечного двигателя — все это не мистификации науки и не мечты безумия; это термины, истинное значение которых надлежит понять, причем все они выражают различное употребление одного и того же секрета, различные признаки одной и той же операции, которую определяют более общим образом, называя ее Великим Деланием<Здесь и далее заглавные буквы и жирный шрифт добавлены мною -- А. К.>.

В природе есть сила, несравненно более могущественная, чем сила пара; человек, который сможет управлять ею, будет в состоянии разрушить и изменить лицо мира. Сила эта была известна древним; она заключается в Универсальном Агенте, высший закон которого — равновесие, а управление которым непосредственно зависит от Великого Аркана трансцендентной магии. Управляя этим Агентом, можно изменить даже порядок времен года, ночью производить дневные явления, в одно мгновение сообщаться между разными странами земли, видеть, подобно Аполлонию то, что происходит на другом конце света, исцелять или поражать на расстоянии, придавать своему слову успех и повсеместное распространение. Этот Агент, едва открывающийся ощупью учениками Месмера, есть именно то, что средневековые адепты называли Первой Материей Великого Делания. Гностики представляли его огненным телом Святого Духа; его же обожали в тайных обрядах шаббата или храма, под иероглифическим видом Бафомета или Андрогина, козла Мендеса. Все это будет впоследствии доказано.

Таковы секреты оккультной философии; такой является нам магия в истории. Посмотрим же теперь на нее в книгах и делах, в посвящениях и обрядах.

Ключ ко всем магическим аллегориям находится в листках, о которых мы уже упоминали и которые мы полагаем книгой Гермеса.

Эта книга, которую можно назвать замковым камнем всего здания оккультных наук, окружена бесчисленными легендами, источник которых — либо неполный ее перевод, либо комментарий, постоянно возобновляющийся все в новых и новых формах.

Иногда эти замысловатые мифы гармонично группируются и образуют великую эпопею, характеризующую целую эпоху, хотя толпа и не может объяснить, как и почему. Так, мифическая история Золотого Руна резюмирует, при этом скрывая их, герметические и магические догматы Орфея; мы обращаемся к мистериальной древнегреческой поэзии, поскольку что древнеегипетские и индийские святилища отчасти пугают нас своей роскошью, и мы затрудняемся в выборе среди такой массы сокровищ. Да и пора уже нам приступить к «Фиваиде», этому пугающему синтезу всего учения, как настоящего, так и прошлого и будущего, к этому, так сказать, бесконечному мифу, который, подобно богу Орфея, касается обоих концов цикла человеческой жизни.

Удивительное дело! Семь Фивских ворот, которые защищают и на которые нападают семь военачальников, поклявшихся над кровью жертв, имеют то же значение, что и семь печатей священной книги, которую объясняют семь гениев и на которую нападает семиголовое чудовище после того как ее открывает живой и принесенный в жертву агнец из аллегории святого Иоанна! Таинственное происхождение Эдипа, которого находят висящим в виде окровавленного плода на дереве на горе Киферон, напоминает нам символы Моисея и рассказы «Бытия». Эдип сражается со своим отцом и, не зная его, убивает: ужасное пророчество о слепой эмансипации разума без знания; затем он встречается со сфинксом, символом символов, вечной загадкой для толпы и гранитным пьедесталом для науки Мудрецов, с молчаливым и пожирающим чудовищем, выражающим своей неизменной формой единственный догмат великой мировой тайны. Каким образом кватернер<Четверица (от фр. quaternaire).> переходит в бинер<Пара, двоица (от фр. binaire).> и объясняется тернером? Или, выражаясь более иносказательно и вульгарно, как называется животное, которое утром ходит на четырех ногах, в полдень на двух и вечером на трех? Выражаясь же языком философии, каким образом учение об элементарных силах производит дуализм Зороастра и резюмируется в триаде Пифагора и Платона? Каков конечный смысл аллегорий и чисел, последнее слово всех символизмов? Эдип отвечает простым и страшным словом, которое убивает сфинкса и делает отгадавшего царем Фив; отгадка — человек!

Несчастный, он видел слишком много, но недостаточно ясно; скоро он искупит самоослеплением свое несчастное и неполное ясновидение; затем он исчезнет среди бури, подобно всем цивилизациям, которые отгадают загадку сфинкса, не поняв всего ее значения и тайны. Все символично и трансцендентно в этой гигантской эпопее человеческой судьбы. Два враждующих брата<Полиник и Этеокл, дети Эдипа.> символизируют вторую часть великой мистерии, превосходно завершенной жертвой Антигоны; затем война, последняя битва, братья-враги, убивающие друг друга; Капаней, убитый молнией, которую он сам вызвал, и Амфиарай, поглощенный землей, — все это аллегория, приводящая в изумление своей истиной и величием тех, кто понимает ее тройное священное значение. Эсхил в изложении Балланша<Речь идет о Пьере Симоне Балланше (1776—1847), французском философе, писателе и поэте, авторе поэмы «Антигона» (1814).>, дает лишь очень слабое представление обо всем этом, несмотря на все величие поэзии первого и красоту книги второго. 

Тайная книга древнего посвящения была известна Гомеру, который с большой точностью описывает ее план и главные фигуры на щите Ахилла. Но изящные вымыслы Гомера скоро заставили забыть простые и абстрактные истины первоначального откровения. Человек увлекается формой и забывает идею; знаки, умножаясь, теряют свою силу; в эту эпоху магия также портится и вместе с фессалийскими ведьмами опускается до самого нечестивого колдовства. Преступление Эдипа принесло свои смертельные плоды, и знание добра и зла возводит зло в нечестивое божество. Люди, устав от света, укрываются в тени телесной субстанции: мечта о пустоте, которую наполняет Бог, скоро кажется им больше самого Бога; ад создан.

Когда в этом сочинении мы будем пользоваться освященными временем словами «Бог», «рай», «ад», — да будет раз и навсегда известно, что мы столь же далеки от смысла, придаваемого этим словам профанами, как посвящение далеко от вульгарной мысли. Для нас Бог — Азот Мудрецов, действующий и конечный принцип Великого Делания. Позже мы объясним все эти термины.

Вернемся к мифу об Эдипе. Преступление фиванского царя — не в том, что он разгадал сфинкса, а в том, что он уничтожил этот бич Фив, не будучи достаточно чистым, чтобы завершить искупление во имя своего народа. В скором времени чума мстит за смерть сфинкса, и царь Фив, вынужденный отречься от престола, приносит себя в жертву страшным теням чудовища, которое теперь живее и голоднее, чем когда бы то ни было, поскольку из сферы форм оно перешло в сферу идей. Эдип увидел, что такое человек, и он выкалывает себе глаза, чтобы не видеть, что такое Бог. Он разгласил половину Великого Аркана магии и для спасения своего народа должен унести с собой в изгнание и могилу другую половину страшной тайны. 

После колоссального мифа об Эдипе мы находим изящную поэму о Психее, которую, конечно, выдумал не Апулей. Здесь великая магическая тайна вновь появляется под видом таинственного супружества бога и слабой смертной, обнаженной и покинутой на скале. Здесь Апулей комментирует и объясняет аллегории Моисея; но разве и Элохим Израиля, и боги Апулея не вышли из святилищ Мемфиса и Фив? Психея — сестра Евы или, скорее, Ева духовная. Обе хотят знать и теряют невинность, чтобы заслужить славу испытания. Обе удостаиваются нисхождения в ад: одна — чтобы принести оттуда древний ящик Пандоры, другая — чтобы найти там и раздавить голову древнего змия, символа времени и зла. Обе совершают преступление, которое должны искупить Прометей древних времен и Люцифер христианской легенды: один — освобожденный Геркулесом, другой — покоренный Спасителем.

Итак, великий магический секрет — это лампа и кинжал Психеи, яблоко Евы, священный огонь, похищенный Прометеем, горящий скипетр Люцифера, но это также и святой крест Искупителя. Знать его настолько, чтобы злоупотреблять им, или обнародовать его — значит заслужить всевозможные муки; но знать его так, как должно, чтобы пользоваться им и скрывать его, — значит быть властелином мира.

Все заключено в одном слове из четырех букв. Это Тетраграмма иудеев, Азот<Azot.> алхимиков, Тот<Thot.> цыган и Таро<Taro.> каббалистов. Это слово, выраженное столь различными способами, для профанов обозначает Бога, для философов — человека, а адептам дает последнее слово человеческих знаний и ключ к божественной власти; но пользоваться им умеет только тот, кто понимает необходимость никогда его не разглашать. Если бы Эдип вместо того, чтобы убивать сфинкса, укротил его и запряг в свою колесницу, он был бы царем без кровосмешения, без несчастий и изгнания. Если бы Психея покорностью и ласками заставила Амура открыться, она бы никогда его не потеряла. Любовь — один из мифологических образов Великого Секрета и Великого Агента, поскольку она объединяет действие и страсть, пустоту и полноту, стрелу и рану. Посвященные должны понять меня, а ради профанов не должно слишком много говорить об этом.

После чудесного «Золотого осла» Апулея мы не находим более магических эпопей. Наука, побежденная в Александрии фанатизмом убийц Гипатии, стала христианской — или, точнее, скрывается под христианскими покровами вместе с Аммонием, Синезием и анонимным автором сочинений Дионисия Ареопагита. В те времена нужно было поступать так, чтобы чудеса прощались как суеверия, а наука — как нечто непонятное. Воскресили иероглифическое письмо, изобрели пантакли и символы, чтобы можно было целую науку обобщить в одном знаке, а целую серию стремлений и откровений — в одном слове. Какова же была цель стремившихся к знанию? Они искали секрет Великого Делания, или философский камень, или вечный двигатель, или квадратуру круга; все эти формулы часто спасали их от преследования и ненависти, заставляя считать их безумными, и в то же время все они выражали одну из сторон великого магического секрета, как мы это позже покажем. Это отсутствие эпопей продолжается вплоть до нашего<То есть французского.> «Романа о Розе»; но символ розы, выражающий также мистериальное и магическое значение поэмы Данте, взят из Каббалы, и нам пора уже приступить к этому необъятному скрытому источнику всемирной философии.

Библия со всеми ее аллегориями лишь очень неполно и скрытым образом выражает религиозное учение евреев. Книга, о которой мы уже говорили и священные знаки которой объясним позже, книга, которую Гийом Постель называет «Бытием Еноха», конечно, существовала гораздо раньше Моисея и пророков, учение которых, в основе тождественное учению древних египтян, также имело свой экзотеризм и свои завесы. Когда Моисей говорил с народом, как аллегорически рассказывает священная книга<См. Исх. 34:33-35.>, он покрывал свое лицо и снимал это покрывало лишь тогда, когда говорил с Богом: такова причина воображаемых нелепостей Библии, на которых так усердно упражнялось сатирическое вдохновение Вольтера. Книги писались только для того, чтобы напоминать о предании, и писались они символами, совершенно непонятными для профанов. Впрочем, «Пятикнижие» и поэзия пророков были лишь самыми элементарными книгами вероучения, морали и литургии; истинная тайная и традиционная философия была записана гораздо позже под еще менее прозрачными покровами. Так родилась вторая, неизвестная христианам или, вернее, непонятая ими Библия. По их словам, это собрание чудовищных нелепостей (в данном случае верующие, присоединяясь к общему невежеству, говорят то же, что и неверующие). Мы же говорим, что это памятник, содержащий в себе самое возвышенное, что только смог создать или вообразить философский и религиозный гений; сокровище, окруженное шипами; алмаз, скрытый в грубом и мрачном камне... Надеюсь, читатели уже догадались, что мы говорим о Талмуде.

Странна судьба евреев! Козлы отпущения, мученики и спасители мира! Живучая семья, храбрая и жестокая раса, которую не могли уничтожить никакие преследования, так как она еще не выполнила своей миссии. Разве не говорят наши апостольские предания, что после упадка веры у язычников спасение еще раз должно прийти из дома Иакова — и тогда распятый Иудей, которого обожали христиане, вложит власть над миром в руки Бога, своего отца?

Проникая в святилище Каббалы, изумляешься при виде учения столь логического, столь простого и в то же время столь абсолютного. Необходимое согласие идей и знаков; освящение самых основных реальностей первичными признаками; троичность слов, букв и чисел; философия простая, как азбука, глубокая и бесконечная, как само Слово; теоремы, полнее и светлее теорем Пифагора; теология, которую можно резюмировать, считая пункты по пальцам; бесконечность, которая может уместиться на ладони ребенка; десять цифр и 22 буквы, треугольник, квадрат и круг — вот все элементы Каббалы. Это элементарные принципы Слова писаного, отражения того Слова изреченного, которое создало мир.

Все действительно догматические религии произошли из Каббалы и в нее же возвращаются; все научное и грандиозное в религиозных мечтах просветленных, Якоба Бёме, Сведенборга, Сен-Мартена и т. д. — заимствовано у Каббалы; все масонские организации обязаны ей своими секретами и символами. Только Каббала освещает союз между всемирным разумом и божественным Словом; она устанавливает вечный баланс бытия, уравновешивая две противоположные на вид силы; только она примиряет разум с верой, власть со свободой, науку с тайной. Она обладает ключами к настоящему, прошлому и будущему.

Чтобы быть посвященным в Каббалу, недостаточно прочесть и осмыслить сочинения Рейхлина, Галатино, Кирхера или Пико делла Мирандолы; нужно также изучить и понять иудейских писателей из собрания Пистория, в особенности «Сефер Йециру», затем «Философию любви» Леона Еврея; нужно также приступить к великой книге «Зогар», внимательно прочесть в собрании 1684 года, озаглавленном «Cabbala denudata», трактаты о каббалистической пневматологии и «круговороте душ»; затем смело вступить в светоносный мрак всего догматического и аллегорического Талмуда. Тогда можно будет понять Гийома Постеля и втайне признаться, что, если не учитывать его слишком преждевременных и слишком благородных мечтаний об эмансипации женщины, этот знаменитый просветленный ученый, быть может, не так уж безумен, как утверждают люди, его не читавшие.

Мы бегло набросали историю оккультной философии, указали ее источники и в нескольких словах проанализировали основные книги. Эта работа относится только к науке; но магия (или, точнее, магическая энергия) состоит из двух вещей — знания и силы. Без силы наука — ничто (или, пожалуй, даже опасность). Давать знание только силе — таков высший закон посвящений. Поэтому-то и сказал великий учитель: «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его»<Матф. 11:12; см. также Лук. 16:16.>. Врата истины закрыты, подобно святилищу девы; чтобы войти, нужно быть мужчиной. Все чудеса обещаны вере; но что такое вера, как не смелость воли, которая не колеблется во мраке и идет к свету через все испытания, преодолевая все препятствия?

Мы не будем повторять здесь историю древних посвящений; чем опасней и страшней они были, тем более в них было действительности; поэтому мир имел в то время людей, которые его воспитывали и наставляли. Жреческое искусство и царственное искусство состояли главным образом в испытании храбрости, скромности и воли. Это было послушничество, подобное послушничеству священников, столь непопулярных в наше время под названием иезуитов, которые и теперь управляли бы миром, если бы у них была действительно мудрая и сметливая голова.

Проведя жизнь в поисках абсолюта в религии, науке и справедливости, вращавшись в Фаустовом кругу, мы пришли наконец к первому догмату и первой книге человечества. На этом мы останавливаемся, найдя секрет человеческого всемогущества и безграничного прогресса, ключ ко всем символизмам, первый и последний изо всех догматов; мы поняли, что значат это столь часто повторяемые в Евангелии слова — «Царство Божие».

Дать человеческой деятельности точку опоры — значит решить задачу Архимеда, осуществив его знаменитый рычаг. Это и сделали великие посвятители, потрясшие основы мира, а сделать это они могли только посредством великого и неразглашаемого секрета. Впрочем, чтобы гарантировать свою новую юность, символический феникс никогда не являлся вновь, не сжегши предварительно торжественно свои останки и доказательства прежней жизни. Так Моисей заставил умереть в пустыне всех знавших Египет и его тайны; так святой Павел сжигает в Эфесе все книги, трактовавшие о тайных науках; так, наконец, французская революция, дочь великого Иоаннитского Востока и пепла тамплиеров, грабит церкви и богохульствует над аллегориями божественного культа. Но все новые и все возрожденные вероучения осуждают магию и обрекают ее тайны огню или забвению; а это происходит потому, что всякий новорожденный культ или философия — Вениамин человечества, который может жить, только умертвив свою мать<См. 35: 16-19.>; поэтому же символическая змея вечно вращается, пожирая свой собственный хвост; поэтому же всякая полнота, чтобы существовать, нуждается в пустоте, величина — в пространстве, всякое утверждение — в отрицании; все это есть вечное осуществление аллегории феникса.

До меня прошли по тому же пути два знаменитых ученых, но только шли они, так сказать, ночью и без света. Я говорю о Вольнее и Дюпюи, особенно о Дюпюи, необъятная эрудиция которого совершила исключительно негативную работу. В происхождении всех культов он видел лишь астрономию, приняв таким образом символический цикл за учение и календарь за легенду. Ему не хватило только одного, — знания истинной магии, содержащей в себе секреты Каббалы. Дюпюи прошел по древним святилищам так же, как прошел пророк Иезекииль по долине, покрытой костями<См. Иез. 37.>, и понял только смерть, так как не знал слова, собирающего силу четырех небесных ветров, слова, которое может сделать всю эту массу костей живым народом, приказав древним символам: «Восстаньте, облекитесь в новую форму и идите!»

Наступило время попытаться сделать то, чего никто до нас не мог или не посмел сделать. Подобно Юлиану, мы хотим перестроить храм; этим, надеюсь, мы не опорочим мудрость, которую обожаем и которую сам Юлиан был бы достоин обожать, если бы злобные и фанатичные врачи того времени позволили ему понять ее. Для нас храм имеет две колонны, на одной из которых христианство написало свое имя. Мы не хотим нападать на христианство; наоборот, мы хотим объяснить его и осуществить. Разум и воля попеременно владели миром; религия и философия еще и в наше время продолжают бороться, но в конце концов должны договориться. Временной целью христианства было установить (посредством повиновения и веры) сверхъестественное, или религиозное, равенство между людьми и остановить движение разума, чтобы дать точку опоры добродетели, которая уничтожила научную аристократию — или, скорее, заменила эту уже уничтоженную аристократию. Философия же старалась вернуть людей (посредством свободы и разума) к естественному неравенству и, основав царство трудолюбия, заменить добродетель умением. Ни одно из этих двух действий не было полным и достаточным, ни одно не привело людей к совершенству и счастью. Теперь мечтают, почти не смея на это надеяться, о союзе между этими двумя силами, которые долго считались противоположными; мы имеем полное основание желать этого, ибо две великие силы человеческой души не более противоположны друг другу, чем мужской пол женскому; без сомнения, они несходны, но их на вид противоположное положение обусловлено лишь их способностью встретиться и соединиться.

«Итак, существует ни более, ни менее чем универсальное решение всех проблем?»

Без сомнения, да, поскольку речь идет об объяснении философского камня, вечного двигателя, секрета Великого Делания и универсального лекарства. Меня обвинят в безумии, как великого Парацельса, или в шарлатанстве, как великого и несчастного Агриппу. Хотя костер Урбена Грандье и погас, но остается глухая опала молчания или клеветы. Мы не бравируем этим, но покоряемся. Мы не стремились опубликовать эту работу, и верим, что, если наступило время высказать слово, оно будет сказано нами или другими. Итак, мы будем спокойно ждать.

Наше сочинение состоит из двух частей. В первой мы утверждаем каббалистическое и магическое учение во всей его полноте, вторая же посвящена культу, то есть церемониальной магии. Первая — то, что древние мудрецы называли «ключом»: вторая — то, что крестьяне и теперь называют «гримуаром». В количестве и содержании глав, которые соответствуют друг другу в обеих частях, нет ничего произвольного, и все они указаны в великом универсальном ключе, полное и удовлетворительное объяснение которого мы даем впервые. Теперь пусть эта работа идет своим путем, куда ей угодно, и станет тем, чего захочет Провидение; она завершена, и мы считаем ее прочной, потому что она сильна, как все разумное и добросовестное.

Элифас Леви